Экономика

Глава Uber в России: «Мы конкурируем не со службами такси, а с личным автомобилем»

  • 12 Мая 2017
  • 722
  • 0
  • 00

По количеству такси на одного горожанина Екатеринбург сегодня обгоняет Москву. И местному рынку есть, куда расти — и органически, и за счет новых сервисов, уверен Дмитрий Измайлов.

Для кого-то Uber стало нарицательным понятием, синонимом суперуспешного стартапа: инвесторы оценивают его в $68 млрд. Кто-то обращает внимание на убытки компании: в прошлом году по данным The Wall Street Journal, Uber завершил с убытком $2,8 млрд., а из вложенных инвесторами миллиардов осталось чуть больше половины.

Тем не менее, Uber ежегодно увеличивает количество городов присутствия и расширяет сервисную сетку. Точных цифр в компании не раскрывают, но, по словам гендиректора Uber в России Дмитрия Измайлова, российский сегмент рынка — один из самых быстрорастущих. В России в компании Uber работают около ста человек, представительства есть в каждом городе присутствия сервиса — это Москва, Санкт-Петербург, 13 миллионников и Сочи. В Екатеринбурге сервис работает почти два года. О рынке пассажирских перевозок в уральской столице в интервью DK.RU рассказал Дмитрий Измайлов.

В Екатеринбурге сервис начал работу в мае 2015-го. Как изменились показатели за два года?

— Екатеринбург для нас — успешный город. За два года водители, подключенные к Uber, проехали более 23 млн км., а нам удалось сократить время подачи машины — один из важных показателей качества нашей работы — с 10 минут до четырех-пяти. Такой уровень эффективности достигается за счет роста количества водителей и пассажиров, что выгодно и для тех, и для других. Пользователям приходится меньше ждать, водители сокращают время простоя, которое им, естественно, не оплачивается.

Рынок такси в Екатеринбурге насыщенный. Сложно ли конкурировать с уже существующими игроками?

— Да, екатеринбургский рынок такси довольно плотный. Здесь на тысячу горожан приходится 5,9 единиц такси, что выше, чем в Москве (4,8). Но если сравнивать, например, с Санкт-Петербургом, где этот показатель составляет 7 единиц на тысячу жителей или с мировыми мегаполисами вроде Нью-Йорка (12), то становится понятно, что люфт для развития есть: рынок потенциально может вырасти в два-три раза.

Что касается традиционных таксопарков, то их сложно рассматривать как наших конкурентов, в конце концов, с некоторыми из них мы успешно сотрудничаем — как напрямую, так и опосредованно, когда сотрудник традиционной службы такси подключается к нашей платформе. Наш конкурент — не таксопарк, а личный автомобиль. Задача Uber — сделать поездки по городу максимально доступными. Ведь долгое время считалось, что «советские люди в булочную на такси не ездят», а мы стараемся доказать, что да, теперь можно вызвать машину и для того, чтобы добраться до работы, и для того, чтобы съездить в магазин, это не роскошь, а обычная услуга. Более того, мы будем расширять доступность поездок за счет наших новых сервисов. Например, сейчас в ряде стран работает сервис UberPOOL, который, мы надеемся, скоро придет и в Россию.

Его принцип таков: водитель принимает заказ от пассажира, который согласен ехать с другим пассажиром. По дороге они забирают второго, первого высаживают, забирают третьего — и так далее. Такой подход позволяет, во-первых, снизить стоимость поездки на 20-30% и расширить круг пользователей сервиса, во-вторых, снизить трафик на популярных направлениях в часы пик – например, с окраин города в центр по утрам, когда все спешат на работу. И в-третьих, это помогает лучше интегрировать наш сервис в городскую транспортную среду. Впрочем, интеграция уже происходит: статистика показывает, например, что даже в Екатеринбурге каждая пятая поездка c Uber начинается или заканчивается у станции метро. Это значит, что люди не просто едут от точки до точки, а встраивают нашу услугу в свой городской маршрут.

Однако сотрудники традиционных такси воспринимают подобные сервисы как полноценных конкурентов. В России, правда, это ограничивается традиционной конкурентной борьбой, а за границей таксисты неоднократно требовали запретить Uber…

— Дело в том, что во многих европейских городах, в США и других странах по-другому регулируется деятельность такси. В России первый закон о такси вышел в 2009 г., он хорошо подстроен под существующую экономику, заняться услугами по перевозкам в нашей стране достаточно просто. За рубежом процесс получения лицензии может растянуться на несколько лет, а стоимость самой лицензии порой достигает миллиона долларов. Естественно, такое регулирование приводит к столкновению интересов. В России этой проблемы нет, и традиционные таксопарки будут развиваться параллельно с современными онлайн-сервисами, возможно, все более активно сотрудничая с ними или предлагая собственные сценарии развития. Как бы то ни было, телефонная диспетчерская — штука менее удобная и более затратная, чем мобильная платформа.

Один из самых болезненных вопросов любой службы такси — подбор персонала. Как вы подбираете таксистов? Есть ли с этим проблемы у Uber?

— Прежде всего, важно отметить, что водители не являются сотрудниками Uber, это наши партнеры. Для привлечения водителей мы проводим довольно традиционные маркетинговые акции — и онлайн, и офлайн. Водители проходят отбор, в том числе мы оцениваем состояние автомобиля: мы изначально предъявляем довольно высокие требования к транспортным средствам. После этого водитель проходит тренинг, на котором ему объясняют, чего мы от него ждем, как общаться с клиентом и т.п. Далее мы контролируем взаимодействие пассажира и водителя с помощью рейтинговой системы - пассажир и водитель могут оценить друг друга от 1 до 5 баллов после каждой поездки и оставить комментарии. Система надежна и позволяет реагировать на каждый отзыв клиента, решая конкретный вопрос и помогая улучшить сервис в целом.

Водителей привлекает то, что Uber предлагает гибкие условия сотрудничества: мы никого не принуждаем к партнерству, не заставляем работать в определенные часы или в определенных районах. Водитель может в любой момент отключиться от платформы, и уже наша задача сделать так, чтобы ему этого не хотелось. Что мы для этого делаем? Ключевой параметр эффективности работы водителя — заработок, который определяется тем, сколько поездок он совершил в день. Время, которое проходит от окончания заказа до встречи с новым клиентом, — это потерянное время. Наша система оптимально распределяет заказы, отдавая вызов ближайшему водителю, сокращает время ожидания до минимума, также подсказывает, в каком районе сейчас наибольший спрос. Часто платформа предлагает водителю заказ еще до того, как он окончил предыдущий, формируя таким образом непрерывную цепочку заказов.

Тем не менее, в Екатеринбурге водители Uber, недовольные низким тарифом, даже собирались проводить забастовку…

— С нами сотрудничают десятки тысяч водителей в 16 городах России, включая Екатеринбург. Конечно, есть отдельные случаи, когда кто-то недоволен и по какой-то причине не хочет сотрудничать с сервисом и просто отключается от него. Но наша служба поддержки индивидуально решает все возникающие у водителей вопросы и старается оперативно помочь.

Почему сотрудничать с Uber могут только водители, имеющие юрлицо?

— В России мы действительно сотрудничаем только с юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями. Такая бизнес-модель позволяет обеспечить подотчетность и прозрачность финансовых процессов.

Какие налоги сервис платит в России?

— Мы платим все налоги, предусмотренные российским законодательством. С 1 апреля 2017 г. мы также самостоятельно платим налог на электронные услуги, оказываемые компанией Uber B.V. партнерам на территории Российской Федерации. Важно отметить, что это изменение не привело ни к повышению стоимости поездок для пассажиров, ни к увеличению комиссии для водителей.

И как будет дальше развиваться сервис на Урале?

— Во-первых, как я уже говорил, у нас есть потенциал роста в Екатеринбурге. Во-вторых, мы собираемся расширять и продуктовую линейку. Например, сейчас в Москве активно развивается сервис UberEATS — доставка еды из ресторанов. Он очень востребован, еду в столице доставляют, в среднем, часа полтора, но модель UberEATS позволяет делать это быстрее — за 35-45 минут. UberEATS куда сложнее наших стандартных сервисов, потому что вовлекает больше игроков: курьера, собственно ресторан и пользователя. Чем больше количество подключенных ресторанов, пользователей и курьеров, тем выше эффективность сервиса.

В феврале в России была введена фиксированная цена на поездки — то есть, стоимость выдается приложением не по итогам, а до подтверждения заказа. Как на это отреагировали водители и пассажиры?

— Стоимость поездки в конечном счете рассчитывается с учетом тех же факторов, что и раньше, —расстояния, предполагаемого времени в пути, средних показателей загруженности дорог на этом направлении, соотношения количества заказов и водителей на линии. Но, конечно, точная цена, известная заранее, удобнее и для пользователей и повышает их лояльность: клиент видит стоимость услуги заранее, нет никаких сюрпризов. Основу маркетинга Uber составляет «сарафанное радио»: человек попробовал — посоветовал друзьям, и решающее значение имеет первая поездка. Отсутствие фиксированной стоимости может на начальном этапе отсечь потенциальных клиентов, поэтому мы убрали этот барьер. Что касается водителей, то на какой-то поездке при такой системе он зарабатывает чуть больше, на какой-то — чуть меньше, но в итоге средний заработок остается тем же, что и при прежней системе расчета цены за поездку, и даже выше за счет роста количества заказов.

Источник:
  1. www.ekb.dk.ru

Понравилась ли Вам статья?

Нравится00
  • 12 Мая 2017
  • 722
  • 0